Субсидиарная ответственность членов коллегиальных органов управления должника.
Как и за что можно привлечь, как избежать

Юлия
Литовцева,

Партнер, руководитель практики банкротства и антикризисной защиты бизнеса Пепеляев Групп, к. ю. н.

На протяжении последних пяти лет в бизнес-сообществе сформировалось понимание того, что быть руководителем также опасно, как залезать в берлогу к медведю. Причиной этого стало массовое привлечение судами контролирующих компании лиц к субсидиарной ответственности. Остроту проблеме добавила огромная временная ретроспектива — до 10 лет с даты совершения правонарушения и невероятно высокий размер взыскиваемых с ответчиков сумм, чаще напоминающих номера мобильных телефонов.

Прежде чем перейти к нюансам, касающимся членов коллегиальных органов управления, стоит отметить ряд общих правил. Субсидиарная ответственность предполагает взыскание с контролирующего лица убытков в размере не исполненных по его вине обязательств компании-банкрота перед ее кредиторами. Такая ответственность, по общему правилу, является солидарной. Это предполагает, что ее сумма не распределяется судом в долях между ответчиками и может быть в полном объеме взыскана с любого из них.

Немаловажно разобраться в том, относятся ли члены коллегиальных органов управления к контролирующим лицам. Подразумевается, что последние обладали правом давать компании обязательные для исполнения указания или могли любым иным образом определять ее действия в течение трех лет, предшествующих возникновению у общества признаков объективного банкротства. Этим термином обозначается ситуация, при которой компания не в состоянии рассчитаться с кредиторами из-за превышения размера обязательств над реальной стоимостью ее активов. Ревизии подлежат и действия контролирующих лиц после наступления данных признаков, но до возбуждения дела о банкротстве.

Некоторые категории контролирующих лиц прямо названы в Федеральном законе от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее — Закон о банкротстве. Например, предполагается, что лицо являлось контролирующим, если у него в вышеука занный период был статус члена исполнительного органа должника Подпункт 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве., к каковым законодательство о хозяйственных обществах относит правление, дирекцию Пункт 1 ст. 41 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (Закон об ООО), п. 1 ст. 69 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (Закон об АО)..

С членами совета директоров ситуация не так однозначна и требует более широкого подхода. Очевидно, что принятие этим органом управления некоторых решений в рамках его компетенции напрямую или опосредованно влияет на финансовое положение компании. Например, дача согласия на совершение / последующее одобрение сделок или рекомендаций по размеру дивидендов.

В 2020 году ВC сделал достаточно однозначный вывод о том, что статус члена совета директоров предполагает наличие возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника. Тем самым была сформирована презумпция наличия у членов совета директоров статуса контролирующих лиц Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3) по делу № А56-26451/2016.. Из этого следует вывод № 1: членам коллегиальных органов управления компаний необходимо исходить из потенциальной возможности их привлечения к субсидиарной ответственности и принимать меры, направленные на исключение или минимизацию этого риска.

Стоит отметить, что сам по себе факт вхождения в состав коллегиального органа управления не означает автоматическое наступление субсидиарной ответственности в случае банкротства компании. Но стоит учитывать, что если член коллегиального органа управления одновременно обладает признаками, характерными для иных категорий контролирующих лиц, то ответственность может усилиться или наступить исключительно в силу их наличия. Например, обладание 50 и более процентами акций или долей (в том числе совместно с заинтересованными лицами) в уставном капитале должника. Или извлечение любой, даже нематериальной, выгоды из незаконного или недобросовестного поведения других контролирующих компанию лиц Статья 53.1 Гражданского кодекса.. Ответственность может наступить и в силу совмещения статуса члена коллегиального органа управления с какойлибо другой должностью, например, члена кредитного комитета банка См, например, постановление Арбитражного суда Московского округа от 30.07.2020 № Ф05-3058/2019 по делу № А40-219930/2015..

Отсюда следует вывод № 2: при оценке рисков субсидиарной ответственности членам коллегиальных органов управления компании следует учитывать наличие у них любых признаков контролирующего лица, предусмотренных законодательством о банкротстве.

В силу прежней редакции Закона о банкротстве и специфики полномочий коллегиальных органов управления их участников привлекали к субсидиарной ответственности только за наступившую по их вине невозможность полного погашения требований кредиторов. Чаще всего это связано с одобрением невыгодных для должника сделок или непринятием мер по предотвращению заключения заведомо убыточных договоров См., например, постановления Арбитражного суда Московского округа от 04.05.2021 по делу № А40-202708/2015, Арбитражного суда Поволжского округа от 23.03.2021 № Ф06-26372/2015 по делу № А72-16455/2014, от 12.10.2020 № Ф06-13794/2013 по делу № А55-26194/2013..

Субсидиарная ответственность за непринятие мер по инициированию банкротства была предусмотрена только для членов совета директоров (наблюдательного совета) кредитных организаций Начиная с существования п. 7 ст. 4.2 утратившего силу Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций»..

Однако с 30.07.2017 Закон о банкротстве предусматривает аналогичную ответственность для лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника Пункт 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве., а также иных контролирующих лиц, располагающих информацией о неплатежеспособности или недостаточности имущества компании. Исходя из этого, не исключается возможность привлечения и членов коллегиальных органов управления к ответственности по такому основанию.

В практике пока отсутствуют примеры ответственности членов коллегиальных органов за непринятие мер по инициированию банкротства компании, но такой риск следует учитывать.

Как отмечено выше, само по себе наличие статуса контролирующего лица не влечет наступление субсидиарной ответственности. Для этого необходимо доказать и иные предусмотренные Законом о банкротстве основания. Прежде всего, это классическая триада условий возмещения любых убытков: противоправность действия (бездействие), негативные последствия и причинноследственная связь между ними. Негативные последствия должны быть сопоставимы с масштабами деятельности общества. Заведомая убыточность предполагает информированность члена органа управления о существенных негативных последствиях сделки для компании в виде банкротства.

Позднее в судебной практике был выработан такой дополнительный критерий, как степень вовлеченности ответчика в процесс управления должником, то есть значительность его влияния на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника См. п. 16 Постановления № 53.. В развитие этого критерия в одном из споров Верховный суд разъяснил, что одобрение существенно убыточной сделки само по себе не достаточно для признания вины члена коллегиального органа управления в невозможности погашения требований кредиторов и привлечения к субсидиарной ответственности. Следует установить, был ли ответчик инициатором ее совершения и (или) получил ли он от этого выгоду, в том числе потенциальную См., например, постановления Арбитражного суда Московского округа от 04.05.2021 по делу № А40-202708/2015, Арбитражного суда Поволжского округа от 23.03.2021 № Ф06-26372/2015 по делу № А72-16455/2014, от 12.10.2020 № Ф06-13794/2013 по делу № А55-26194/2013..

Очень важным фактором, влияющим на ответственность члена коллегиального органа управления, является то, насколько разумным было его голосование за то или иное решение: были ли в его распоряжении материалы, подтверждающие экономическую обоснованность сделки, располагал ли он дополнительной информацией, относящейся к ней и ее возможным последствиям (например, в силу должностных полномочий или иного доступа к данным о потенциальной сделке, контрагенте и т. п.).

Нередко в спорах о субсидиарной ответственности членов совета директоров или правления выясняется, что принятое ими решение не входило в компетенцию соответствующего органа и, по сути, было ничтожным. Это позволяет исключить ответственность, также как и «принятие» решения в отсутствие кворума или при несформированном в должном количественном составе органе правления.

Вывод № 4: рассматривая повестку предстоящего заседания или уже оказавшись в судебном процессе о субсидиарной ответственности, проверяйте относимость соответствующего вопроса к компетенции коллегиального органа управления; соответственно, инициируйте исключение соответствующих вопросов из повестки, а в суде ссылайтесь на ничтожность принятого решения.

Безусловно, лицо, голосовавшее «против» или не принимавшее участие в заседании, не может нести ответственность за принятое коллегиальным органом управления решение. Нередки и случаи, когда заседание, на котором якобы были приняты некие резолюции, и вовсе не проводилось.

Вывод № 5: храните в личном деловом архиве информацию обо всех прошедших заседаниях правления или совета директоров (уведомления о созыве заседаний, материалы к ним, сведения о своем участии и голосовании по каждому из вопросов, информацию об инициаторах принятия решений). Учитывая, что привлечение к субсидиарной ответственности возможно и через 10 лет с даты совершения действий (бездействия), повлекших банкротство компании, не стоит полагаться на авось или свою блестящую память. В суде потребуются доказательства!