Ответственность арбитражного управляющего.
Взгляд изнутри

Сергей
Романчин,

Председатель Совета Ассоциации МСРО «Содействие», член экспертного совета при ФНС России по совершенствованию практики применения законодательства о несостоятельности (банкротстве), д. э. н.

Ключевой фигурой дела о банкротстве на любой его стадии является арбитражный управляющий, на которого возложено непосредственное проведение процедуры банкротства должника, и от его деятельности зависит соблюдение и эффективное применение законодательства о банкротстве.

Значимость и важность в деле о банкротстве фигуры арбитражного управляющего, а также его особый публично-правовой статус обусловили право законодателя предъявлять к нему специальные требования и устанавливать повышенные меры ответственности за совершенные им правонарушения (определение КС от 03.07.2014 № 1552-О).

Сегодня законодатель устанавливает четыре вида ответственности для арбитражного управляющего. К данным видам относится: дисциплинарная ответственность, административная ответственность, гражданско-правовая ответственность арбитражного управляющего и уголовная ответственность.

За последние годы институт ответственности арбитражного управляющего претерпел значительные изменения как в сторону ужесточения санкций, так и появления новых составов ответственности.

Одной из проблем ответственности арбитражного управляющего в рамках дела о банкротстве является излишний субъективизм правовых норм. Основной круг обязанностей арбитражного управляющего определен в ст. 20.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ключевой из которых является обязанность арбитражного управляющего действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Именно эта норма чаще всего присутствует в судебных актах по привлечению арбитражного управляющего к административной ответственности, гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков и при удовлетворении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего. В деятельности арбитражного управляющего, как и любого руководителя, есть существенные риски, зачастую никак не зависящие от управляющего, но при этом расцениваемые судами как «недобросовестность действий». Зачастую практически при одинаковой фабуле дела судебные постановления диаметрально противоположны друг другу.

В частности, в рамках одного дела с арбитражного управляющего взысканы убытки, возникшие в связи с непринятием мер по оспариванию сделки должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС от 12.09.2016 № 306-ЭС16-4837; определение ВС от 07.11.2017 № 306-ЭС16-4837), а в рамках другого дела действия арбитражного управляющего, воздержавшегося от бесперспективного оспаривания сделок, признаны разумными, рациональными, направленными на реализацию целей конкурсного производства, а значит, правомерными (определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779(1,2)).

Неопределенность и отсутствие четкого закрепления в законе понятия «гражданско-правовая ответственность арбитражного управляющего» предоставляет безграничные права кредиторам, уполномоченному органу, а также иным лицам, участвующим в деле о банкротстве должника, подавать заявления о привлечении к ответственности управляющих за бездействия, перспективность совершения которых или отказ от совершения всецело зависит от личного убеждения участника дела о банкротстве.

Как один из видов ответственности арбитражного управляющего можно рассматривать отстранение арбитражного управляющего. При применении к управляющему такой меры ответственности, как отстранение, законодатель четко не указывает основания для отстранения управляющего, а существующий пробел «закрывается» правоприменительной практикой, относящей к основаниям отстранения арбитражного управляющего за совершение последним существенных нарушений Закона о банкротстве. Согласно правовой позиции, изложенной в определениях ВС от 27.06.2018 № 306-ЭС18-8625 по делу № А55-5289/2017, от 14.11.2016 № 304-ЭС16-14670 по делу № А03-19181/2014, при рассмотрении вопроса об отстранении арбитражного управляющего от исполнения возложенных на него в деле обязанностей также учитываются обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по делам о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности за несоблюдение законодательства в других делах о банкротстве. Приведенное толкование норм права об отстранении управляющего свидетельствует о применении к арбитражному управляющему двойной меры ответственности — с одной стороны, управляющего уже привлекли к административной ответственности, при этом привлечение арбитражного управляющего к ответственности в одном деле будет является основанием для отстранения этого самого управляющего в другом деле о банкротстве. С другой стороны, само отстранение арбитражного управляющего в одном деле о банкротстве будет препятствием для отказа в его назначении в другое дело о банкротстве в течение одного года.

Очевидно, что имеет место применение двух мер ответственности за одно и то же правонарушение. При этом и в уголовном, и в гражданском законодательстве, а равно и в КоАП запрещено применение двух мер ответственности за совершение одного и того же правонарушения.

Наряду с ужесточением последствий для отстраненного управляющего в виде лишения возможности быть назначенным в течение года в качестве арбитражного управляющего в другом деле о банкротстве ужесточены основания для дисквалификации управляющего. Административная ответственность арбитражного управляющего за нарушение определяется ст. 14.13 КоАП, где появилась ч. 3.1, которая устанавливает ответственность арбитражных управляющих за повторное неисполнение обязанностей в виде дисквалификации на срок от шести месяцев до трех лет. Теперь любое повторное нарушение может повлечь дисквалификацию: арбитражному управляющему будет запрещено заниматься этой профессией в течение определенного срока. Причем не имеет значения, повлекло ли нарушение причинение убытков должнику или кредиторам. То есть под дисквалификацию могут попасть арбитражные управляющие даже за незначительные, формальные нарушения.

Увеличены сроки давности привлечения арбитражного управляющего к административной ответственности, причем данные сроки больше, чем за нарушение таможенного и бюджетного законодательства.

Отдельная проблема ответственности арбитражных управляющих заключается в том, что законотворчество в сфере банкротства в большинстве случаев идет не по пути внесения изменения в законодательство о банкротстве, со всеми вытекающими отсюда юридическими последствиями, в частности, наличием переходных положений, отсрочки на вступление закона в силу, что способствует устойчивости гражданского оборота и соблюдения единообразия закона.«Законотворчество» идет путем принятия судебных актов ВС по конкретным делам, что автоматически распространяет их на все процедуры банкротства и правоотношения в них.

Таким образом, конкурсный управляющий, действующий добросовестно и разумно, в соответствии со всеми нормами закона, оказывается в ситуации, когда спустя непродолжительный период времени его действия оказываются неправомерными. Причем речь идет не только об административной, но и об имущественной ответственности.

Из последних резонансных судебных актов также можно отметить определения ВС от 08.04.2021 № 305-ЭС20-20287 (расширительное толкование п. 6 ст. 138 Закона о банкротстве), от 08.07.2021 по делу № 308-ЭС18-21050 (41) (оплата текущих налогов из залоговых денег при ведении хозяйственной деятельности в конкурсном производстве) и от 28.12.2020 № 309-ЭС20-10487 (включено в Обзор судебной практики Президиума ВС от 07.04.2021 № 1 (2021) — мораторные проценты и субсидиарная задолженность). Усилилась тенденция к привлечению арбитражных управляющих к административной или дисциплинарной ответственности за деяния, юридически совершенные руководителем должника.

В частности, при наличии задолженности по заработной плате, накопленной до введения конкурсного производства, органы Прокуратуры и иные надзирающие государственные органы ужесточили привлечение к ответственности арбитражного управляющего. Если несколько лет назад по задолженности по заработной плате перед работниками, сложившейся при бывшем руководстве, субъектом ответственности были исключительно бывший руководитель и участники должника, то сегодня арбитражный управляющий становится самостоятельным субъектом ответственности.

Административная ответственность смещается от субъектов ответственности — юридического лица — банкрота или бывших исполнительных органов за их неправомерные действия — на арбитражного управляющего.

Не менее обсуждаемой темой сегодня является ужесточение уголовной ответственности (в том числе и для арбитражных управляющих) за совершение таких преступлений, как неправомерные действия при банкротстве (ст. 195 УК). 1 июля 2021 года в Уголовный кодекс внесены изменения, повышающие меры ответственности за данные действия. Однако проблема, существующая в квалификации действий лиц, причинивших ущерб, так и осталась нерешенной. Между тем возрастает риск для арбитражных управляющих в виде необоснованного назначения уголовного наказания в связи с часто используемой позицией «презумпции вины» арбитражного управляющего в делах о банкротстве.

Институт банкротства призван поддерживать экономику страны, обеспечить баланс интересов кредиторов, должника и общества, избегать социальных конфликтов, вызванных задержкой в выплате заработной платы путем проведения процедур банкротства антикризисным менеджером.

Продолжение ужесточения мер ответственности арбитражного управляющего может повлиять на сокращение числа арбитражных управляющих, отказ управляющих от подавляющего числа дел о банкротстве.